Главная > Переписка > А.А. Михайловой 1929 год > после тяжелого сезона


А.А. Михайловой. Страница 3

1-2-3-4-5-6

Париж,
14 мая 1929 г.

<...> Были мы в субботу вечером у только что приехавших Сергея Васильевича и Наталии Александровны. Он после тяжелого сезона усталый, больной, изможденный. Не понимаю, зачем так работать — чуть ли не 30 — 40 концертов, когда нет уже сил. Денег уже давно очень достаточно. Вероятно, эстрада затягивает и отказаться от нее, имея такой грандиозный успех, очень трудно <...>


Париж,
22 мая 1929 г.

<...> На прошлой неделе мы были на обеде у Сергея Васильевича, на котором сподобились кушать и пить вместе с Федором Ивановичем (Шаляпиным) и его женой Марией Валентиновной. Это в первый раз, что я его видел в жизни, а не в театре, и что говорил с ним. Мне он и весь его стиль очень не понравился, он до мозга костей cabotin (комедиант, актеришка — по-французски), до мозга костей искривлялся. Сам занят и всех занимает своею особой. Со всеми любезен, но чувствуется, как это на поверхности и как он никем и ничем не интересуется <...>


Париж,
27 мая 1929 г.

<...> По вечерам теперь больше живем в театрах. Был два раза на балетах Дягилева, сезон этот у него не из блестящих, новинки те, что я видел, неудачные, но я еще не видел все. Танцы у него почти уже изъяты и все сводится к акробатизму и пляске св. Витта. А жаль. Какая у него изумительная труппа с великолепным Лифарем во главе. Слушал музыку нового балета Стравинского “Le renard” (“Лиса” — по-французски) с отвращением. Все такая фальшь, ни искры вдохновения, это не музыка. Постановочная часть у Дягилева всегда самая сенсационная, он каждый год открывает нового гения. И всегда это неудачно. На этот год он выбрал для главного балета “Le fils prodigue” (“Блудный сын” — по-французски) (я его еще не видел) старого живописца Руо1, никогда раньше декорации не писавшего <...>


Париж,
4 июня 1929 г.

<...> Эту неделю я опять стал работать. Принудил себя И сделал две миниатюры, из которых одна мне самому нравится: маленький театрик, сбоку в темноте ложа, видны головы музыкантов и дирижера, а на сцене арлекин в извилистой позе и уродливая дамочка, перед ним тоже извивающаяся. Все вышло очень красиво в краске <...>

Еще я сделал очень быстро — часа 2 работы — эскиз, изображающий сцену итальянской старинной оперы. Завтра хочу эту композицию делать уже наново и детально. Эту миниатюру навеяла на меня теперешняя итальянская, туринская опера. На днях мы опять ее слушали. Давали Cenerentol'y (“Золушку” — по-итальянски) Россини <...> Исполнение было чрезвычайно стройное <...> Сама Ченерентола — Кончита Супервиа обширного диапазона меццо-сопрано, пела изумительно искусно и делала невероятно чисто гаммы, рулады <...>

У них (итальянцев) все еще осталось их искусство, голоса и то, что мы ценим в итальянской опере,— брио и умение жить на сцене естественно <...>


Париж,
14 июня 1929 г.

<...> После моих двух миниатюрок я опять заленился <...>

Много выставок— самая интересная для меня — это ретроспективная Густава Курбе. Современных японцев мне не понравилась, они застыли на древних своих канонах и сюжетах и делают их ремесленно и худо, если сравнить с их рафаэлями — Хокусаи , Утамаро, Хирошиге2 <...>

Было 6-го открытие здешней русской академии художеств, организованной дочерью Толстого. Это был дневной чай <...> Для артистов, журналистов, меценатов и других <...> Учеников пока еще очень мало. Правда, пока учит один Мстислав (Добужинский) <...>

Мастерская (громадная) и 2 комнаты при ней совсем великолепны. В одной из них сделана небольшая выставка картин — все мы, — которая будет от времени до времени меняться <...>


Париж,
23 июня 1929 г.

<...> Уже три дня по вечерам заседаю на галерке на Вагнеровской тетралогии в исполнении байрейтской труппы <...> Спектакли идут без пропусков и длятся по 5 и 6 часов. В эту жару очень тягостно, но все же наслаждение большое. Исполнение великолепное, и публика, наполняющая театр до отказа, неистовствует от восторга <...> Публика архиэлегантная и нарядная, серьезные любители и все снобы Парижа. Мест достать нет возможности, все 2 цикла были разобраны в миг <...>


1 Руо Жорж (1871—1958) — французский живописец и график, портретист, пейзажист.
2 Хокусай Кацусика (1760 — 1849), Утамаро Китагава (1753 — 1806), Хирошиге Андо (1797 — 1858) — крупнейшие мастера японской живописи, чье творчество оказало большое влияние на европейскую живопись конца XIX — начала XX вв.

1-2-3-4-5-6


Санкт-Петербург

Лондон

Фейерверк (1904 г.)




Перепечатка и использование материалов допускается с условием размещения ссылки Константин Сомов.