Главная > Переписка > А.А. Михайловой 1934 год > Сегодня день пасмурный


А.А. Михайловой. Страница 5

1-2-3-4-5

Париж,
11 июля 1934 г.

<...> читал... “Санина”! Помнишь, какую сенсацию произвел 30, 35 лет (назад) этот дешевый, якобы порнографический роман? Порнография его теперь кажется такой наивной и скромной — так впоследствии нас приучили к более забористым вещам — Джойсы, Лоуренсы и, конечно, современные французы. Книга Арцыбашева читается легко, но как все пошло, глупо, некультурно <...>


Гранвилье,
18 июля 1934 г.

<...> Выехал я вчера в 11.15 и прибыл сюда через 2 с половиной часа <...> Успенские здесь <...> Они за 10 дней, что были без меня, уже написали много этюдов и некоторые из них очень не плохо. Делают успехи <...> Вчера приехал сюда еще житель, гостивший тут 2 года тому назад. Молодой художник Круг, симпатичный и чересчур деликатный. Стало оживленнее <...>


Гранвилье,
21 июля 1934 г.

<...> Я все присматриваю себе сюжет для первой работы и кажется нашел: сделаю свой Bildniss (изображение — по-немецки) в туманном зеркале с лицом в полутьме, в серо-голубой пижаме на фоне синеватой мглистой стены <...>

23 июля. Вот раскачал свою лень и вчера начал писать этюд с натуры. Тема интересная — натюрморт и пейзаж вместе связанные <...> Кроме того, я затеял с согласия моих 3-х художников устроить рисование кроки с каждого из нас по очереди, 3 получаса каждый день. Я это главным образом предложил им корыстно: мне очень хочется рисовать человеческое тело (хотя и не голое) каждый день. Художники охотно согласились и сегодня был первый сеанс. Позировал милейший, застенчивый Круг — впрочем, он уже немного approvois'ировался (приручился — по-французски) и меньше стесняется. Я рисовал эти три позы не так уж позорно, хотя и не мастерски. Если эта “Academie de Grandvilliers” не прекратится, думаю очень подвинуться в рисунке <...>


Гранвилье,
27 июля 1934 г.

<...> Без четверти семь, а я уже напился кофе <...> Сегодня день пасмурный <...> Среди дня процветает “Academie de Grandvilliers”. Вчера очередь позировать была моя — 3 позы по получасу. Я позировал очень хорошо, было бы легко, если бы не проклятые мухи. Успенский сделал с меня замечательные наброски, первый и второй, я на них поразительно похож. Вообще он делает большие шаги вперед н я перестаю его считать бездарностью, но ему еще так много надо знать; надо образоваться, развить вкус, а на это у него нет и среды, нет времени, нет денег, он так беден, что даже не имеет возможности ходить на платные выставки <...>

28 июля. <...> Я хочу переупрямить свою неумелость и допишу начатый этюд до конца <...> Я уже втянулся в работу, так как на этюде кое-что уже и удалось. А сегодня (как и все эти дни) мы рисовали Валерию, кроки, и я на нее втайне сердился, потому что она позирует прескверно, хохочет, двигается и все жалуется на мух. А между тем она очень интересна и пикантна, ей теперь 22 года <...>

30 <июля>. Сегодня очень много работал, сначала над своим пейзажем-натюрмортом, потом почти без перерыва рисовал кроки <...> Читал Поль де Кока “Gustave le mauvais sujet” (“Гюстав или негодяй” — по-французски), очень наивный и довольно неприличный роман — понятно, почему наши бабушки читали его романы потихоньку и не давали своим дочкам <...>


Гранвилье,
7 августа 1934 г.

<...> Сегодня мы много рисовали друг друга, больше чем обыкновенно. Адель (Снежковская) присутствовала и даже предложила смахивать мух с носов и рук позирующих. Я ей сказал, что она мне напоминает крепостное право <...>

К сожалению, уже 4 дня я не могу писать своего довольно уже подвинутого этюда: нет солнца, а без него все меняется и работать продолжать не стоит. Зато я с большим интересом и старанием рисую кроки и неожиданно для меня самого стал рисовать гораздо лучше, чем прежде: это меня радует и дает мне еще надежды на будущее. В сущности, каждый художник должен устроить свою жизнь так, чтобы каждый божий день что-нибудь рисовать с натуры, человека ли или что-нибудь иное <...> Хотелось бы мне еще стать Энгром — как это ни смешно в моем возрасте. Если не Энгром, то хотя бы его маленьким пальцем на его ноге <...>


Гранвилье,
22 августа 1934 г.

<...> Ты теперь читаешь мои древние письма — как интересно было бы прочесть их и мне. Думаю, что они мне не понравились бы: уж очень был я тогда глуп во всех отношениях для своего великого все же возраста — 27, 28 лет,— а писал еще безграмотнее. Эти письма к моей славе ни ноты не прибавят <...> Но что жалеть о прошлом — все же и тогда Париж был чудный и я воспользовался им. И Шура тогда меня любил сердечно и принес мне много пользы в смысле вкуса и культуры — может быть, он так со мной возился потому, что я тогда был его послушный ученик, а он любил дидактику. В общем, несмотря ни на что — веселое, беспечное было время <...>

1-2-3-4-5

Вернуться к списку писем: По адресатам
По хронологии

Портрет Т.М. Брайкевич (1931 г.)

Портрет Е.П. Носовой (1910-1911 гг.)

1899 год. К.А. Сомов. Наталия Павловна и граф Нулин. Заставка к поэме А.С. Пушкина "Граф Нулин".




Перепечатка и использование материалов допускается с условием размещения ссылки Константин Сомов.